Все понималки

Рахим Джунусов, 27 fructidor, 220 год Республики
Во саду ли, в огороде…
Идёт война народная, огородная

Война эта завсегда случается у нас в конце лета. Только начнёт созревать всякая зелень, как появляются вражеские разведчики: помятые личности с физиономиями цвета перезрелого помидора. Под разными предлогами личности вертятся около огородов, приглядывая добычу. Это сигнал: пора приступать к караульной службе и выставлять на ночь часовых. Раньше таковых у нас было трое: автор статьи, Борька-мент (бывший) и Сашка с кирпичного завода. Заступали с оружием: автор с дубиной, Борька с хоккейной клюшкой, Сашка с резиновым шлангом. И ходила наша застава богатырская всю ночь по огородам, пугая супостатов. Кого-то ловили на месте и били, кому-то удавалось удрать, всего и не вспомнишь. Но мелкое жульё («тимуровцев», как мы их называли) отвадили капитально. Два сезона так вот службу несли, потому что остальным было недосуг. Или мужички были какие-то проблематичные, или детки очень занятые, а в основном огороды держали старики. Детишки к ним приезжали из Пскова и Питера на уборочную. Этакие геркулесы и аполлоны на иномарках. Соскучились, поди, в городе-то по домашним продуктам…

Па-де-де на навозной куче

Вообще-то ходили мы не всегда. Иногда сидели в засаде. И вот как-то в субботу сидим, музыку из парка слушаем. Потом и музыка стихла. Кончились танцы, значит. Сейчас пойдут. И точно – два юных оболтуса лет семнадцати уже подходят, да прямо к тому месту, где мы сидим. Только нас за кустами не видно. Остановились, оглядываются, прислушиваются. Я дубину отложил, шланг взял, чтоб, значит, молодое поколение случайно не изувечить. Вот нагнулись, шарят по Сашкиной клубнике…

Вы никогда не были в Большом театре? Не видели, как артист балета в три прыжка перелетает сцену? Какие у него ужимки и прыжки… Я тоже не был. Но о балете с той ночи представление имею. Получив по задницам шлангами, юноши помчались, не касаясь ногами земли, с непревзойдённым изяществом перепрыгивая канавы, скамейки и изгороди. Истошно вопя и вертя над головой шлангом, я попробовал догнать одного. Но на нашем пути была большая навозная куча. С великолепной грацией любитель клубники перелетел через неё несравненным прыжком. Я подбежал и остановился – мне не перепрыгнуть. Да и не всякий балерун её перескочит. Куда там Большому театру до наших огородов…

Здравствуй, жопа, новый год!

Завод наш дышал на ладан, работы не было, зарплаты тоже, и рабочих распустили по домам – ищите себе пропитание сами! И пошли мы кто куда… Ну а я, пока не устроился в армию, усиленно работал на огороде. Как-то днем залез в помидорную теплицу растения подвязывать. А день был жаркий, поэтому работал в одних трусах. Вылезаю из теплицы весь в поту, и сталкиваюсь нос к носу с молодой цыганкой, держащей в руке большую сумку. Дело ясно – дама яркой, самобытной национальности решила днем, пока все на работе, овощами разжиться. А тут такой облом! Увидела меня и растерялась. «Здрасссте…» - говорит. Ну, думаю, её пугануть надо, чтоб навсегда дорогу сюда забыла. «Дравствуй, джёпа, новий год! Видишь, писька стала мой!» - с нарочитым акцентом ответил я и сделал вид, что снимаю трусы. Дама, увидев бритоголового потного азиата с явно нечистыми намерениями, взвизгнула и кинулась бежать, не разбирая дороги. Сумку бросила и за ней не вернулась. Даже странно – чего это она так испугалась?

Огурец или жизнь

А как-то раз, днём, подъезжает к огородам новая иномарка. Выходит из неё русская дама, вся из себя. Видно, что из Питера да при деньгах. И давай меня спрашивать, можно ли тут дачу купить, то да сё. «Я слышала, что у вас тут не воруют». Но нам-то к чему такое соседство? Понаедут ещё питерские, живо нас с земли вытеснят. (Наше огородное сообщество было стихийным, «диким»). «Да – отвечаю – не воруют. Отучили». «Как же вам это удалось?» «Очень просто. Берём шприц, заправляем цианистым калием. И впрыскиваем в огурцы, помидоры, клубнику. Только надо записывать, в какие. Чтоб самим не съесть. Раньше, бывало, придёшь утром на огороды, а там два-три трупа валяются». «Но – пролепетала растерянно дама – откуда вы его берёте, цианистый калий?» «У Борьки. Когда ракетные шахты грабили, (после вывода ракет среднего радиуса действия с территории европейской части СССР, ещё при Горбачёве, ракетные точки были брошены) он целую бочку притащил. Видите, такая высокая и серебристая, заострённым концом в землю вкопанная? Кому надо, идём к нему с ведром и берём, сколько требуется. Не хотите? Взяли бы – в хозяйстве всё сгодится». В это время из сарайчика вышел Борька-мент с ведром и стал палкой мешать в бочке жидкую подкормку. (Бочка на самом деле была обтекателем от самолётных ракет, добытая на аэродроме). Дама растерянно поглядела на него, на меня, села в машину и с места взяла третью скорость…

Пиф-паф, ой-ё-ёй…

Ну что за война без выстрелов? И у нас они звучали. Рядом, на пригорке, располагался другой огородный коллектив. Повадился там один мужик перед сном воров пугать. Посидит до полуночи (с бутылкой, разумеется), а перед тем, как домой идти, пару раз из ружья стрельнёт. Для острастки, значит. Всё бы ничего, да в пьяном виде ему в небо было не попасть, и лупил он почти горизонтально. Несколько раз картечь у нас над головами пролетала. Сидим как-то раз втроём. Болтаем. Про способы минирования огородов. (Сколько же можно не спать!) А мужик с бугра разошёлся. Стреляет и стреляет. На наши крики не реагирует. Видать, ужрался в дупель. Борька рассвирепел, сбегал домой, принёс наградной ПМ. И открыл ответный огонь. Как рукой сняло! Сразу тот мужик протрезвел, стрельбу прекратил. Больше он ружьём не баловался и нас не пугал.

Ля-ля-ля, жу-жу-жу, я секретов не держу…

Вообще-то воровали всегда. В советское время поменьше, но тоже случалось. Как-то приходит в цех наш токарь, смеётся. (Мы тогда во вторую смену работали). Что смешного, спрашиваю. А он, оказывается, утром пошёл на свой огород. Приходит, а там два мужика и две бабы его картошку копают. Здоровенные, как медведи, поперёк себя шире. Мужичонка он был слабеньким, худеньким, пошёл мимо, будто не его огород. И прямо в милицию (в ту пору она по таким вызовам ещё выезжала.) Приехала машина ППС, взяли воров за жабры: кто такие? Оказалось: командир части и его замполит с жёнами! Бедные люди, голодные… Замечу, что паёк военным в ту пору выдавали продуктами, да такой, что не съесть было. Кое-какие понятия о чести тогда ещё сохранялись, потому что пойманные их благородия сулили златые горы ментам и хозяину огорода за молчание. Только не говорите никому, что два целых полковника чужой огород обобрали! Да ещё с жёнами! Нас же засмеют! Да разве менты удержатся! Их прямо распирало от желания поделиться новостью с коллегами. Через час об этом знал весь райотдел, а через день весь город… 
Все статьи
о проекте editor@rusvesna.ru